Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

«Оптимизация» гидрологического режима

В некоторых заповедниках, имеющих в своей территории часть акваторий (Астраханский, Каневский, Черноморский, Дунайский, Дарвинский и др.) нередко проводятся мероприятия, направленные на «оптимизацию» гидрологического режима. Так, в Каневском укрепляются размываемые Днепром острова, в Астраханском насыпаются земляные дамбы, в заповеднике Бадай-Тугай осуществлялось лиманное орошение и т.п.

На наш взгляд эти действия противоречат классическим принципам заповедности, этическим принципам заповедного дела («не вмешивайся», «природа знает лучше») и ограничивают права дикой природы на свободу. Сомнительны они и с экологической точки зрения. А, ещё, подаются голоса за применение криодеструкции для выведения пород деревьев для выращивания в северных широтах нашей страны.

Анализируя практику различных регуляционных мероприятий, определяющих современный менеджмент многих заповедников, А.А. Насимович делает вывод:

«Нужно признать, что регуляционные мероприятия в заповедниках очень плохо обоснованны. Большая часть их механически перенесена в заповедное дело из практики охотничьего, лесного или пастбищного хозяйства. Почти все эти мероприятия проводились по методу «проб и ошибок», полученный при этом теоретический багаж был невелик и в значительной мере утрачен, так как результаты опытов плохо учитывались… Без крайней необходимости и научного обоснования их нельзя проводить».

С ним нельзя не согласиться. Манипуляциям от экологии пора положить в заповедниках конец. Потому как они экологически вредны и морально неоправданны, нарушая права и свободы дикой природы.

И еще. Чем же объяснить так активно продолжающуюся пагубную практику «регуляционных мероприятий»? А.А. Насимович считает, что причины этого состоят в ведомственных изъянах в управлении, недопонимании задач и значения заповедников и, наконец, отсутствие элементарного знания того, что можно и что нельзя делать в заповедниках.

На наш взгляд к этому перечню следует еще добавить слабое проникновение идей экологической этики в стратегию и тактику заповедного дела, крайнюю дремучесть и невежественность некоторых руководителей заповедниками и обыкновенную человеческую жадность, безудержное желание хоть что-нибудь, хоть как-нибудь выжать из дикой заповедной природы.

Ведь чего греха таить: под видом «научно» обоснованных «регуляционных мероприятий», лукаво осуществляется самое обыкновенное хозяйственное использование заповедников и национальных парков. Нужно накосить траву и продать — говорят о «поддержании степных экосистем», требуется нарубить дров — вспоминают о «восстановлении коренных лесов», пришла пора запастись на зиму мясом — приступают к «восстановлению оптимальной численности» кабанов и оленей.

Поэтому в данном случае так важно применение этического правила заповедного дела — «ничего не выноси из заповедника».

Накосил — оставь сено в заповеднике, проводились регуляционные мероприятия в лесу — срубленные деревья должны остаться в заповеднике пилильщикам, короедам и пожарам, «отрегулировали» при помощи ружья расплодившихся кабанов — отстрелянные звери должны остаться кормить трупоедов. Уверен, стоит только придать этому этическому правилу законодательную основу — сразу потребность в регуляционных мерах в заповедниках сократится в десятки раз!

Как видно из многочисленных примеров, приведенных в этом разделе, Г.А. Кожевников, Ф.Р. Штильмарк и их последователи оказывались всегда правы, когда говорили о необходимости поддержания режима полной (абсолютной) заповедности в заповедниках.

Приведенные факты — упрямая вещь, и они еще раз доказывают, что какими бы благими намерениями не прекрывались действия любителей восстановительных, биотехнических, регуляционных (имитационных) мероприятий, все они, в конечном счете, в целом, имели отрицательный эффект для заповедных экосистем.

Особенно это проявлялось там, где «евроремонт» планировался представителями только с одного научного направления (ботаниками — без учета мнений зоологов, почвоведов и т.д.), как в случае с сенокошениями.

Какими бы маленькими по площади и неполными (без крупных хищников) не были заповедные экосистемы, они все равно являются очень сложными, взаимосвязанными и слабоизученными участками дикой природы, по прежнему обладающими мощными регуляционными природными механизмами. Свободная дикая природа всегда способна справиться с любыми непрямыми антропогенными воздействиями человека. Вопрос только во времени и в степени. И охранные и регуляционные мероприятия требуют привлечения, как  внимания со стороны людей, так и финансовой поддержки. Немаловажную роль в информировании населения играют различные  объявления и акции.

Н.Ф. Реймерс приводил пример с аквариумом. Даже там может создаваться саморегулирующая экосистема, где воду не нужно менять годами: происходит самоочищение. Что же говорить о заповедных землях?

Следует отметить, что как правило, многие регуляционные, восстановительные и другие «ремонтные» мероприятия не имели серьезного научного обоснования, комплексного изучения их возможных последствий и проводились впопыхах. Очень часто регулирование «огнем и мечом» сопровождается побочным эффектом, отрицательные последствия которого намного могут превосходить их временную незначительную выгоду. Вместе с тем отрицательный эффект нередко замалчивается поборниками реставрации заповедной природы.

Желание некоторых деятелей заповедного дела «гнуть стрелку барометра в нужную сторону», во все вмешиваться, все подправлять в заповеднике является экологически очень опасным и этически неправильным.

С точки зрения экологии и экологической этики регуляционные мероприятия в заповедниках опасны еще и своим редукционистским подходом. Когда сложнейшая экологическая система упрощенно подменяется неким механизмом, в котором безболезненно можно заменить одну шестеренку на другую, а вместо гвоздей поставить шурупы. Реставрация заповедных экосистем опасна тем, что провоцирует отношение к заповеднику как к объекту экспериментирования. На самом же деле в заповеднике все, кроме человека, должно иметь право на свободную жизнь и саморазвитие.

Анализируя различные регуляционные мероприятия в заповедниках и национальных парках, часто ловишь себя на мысли, что на самом деле нередко они проводятся отнюдь не для того, чтобы помочь дикой природе или отдельным ее компонентам, а в целях получения обыкновенной и плохо скрываемой экономической выгоды. Работник Мордовского заповедника П.Л. Бородин честно признается: «Эта порочная практика регуляционных мероприятий преследовала цель хозяйственного освоения популяции — получения с заповедной территории максимального экономического дохода».

Как рассказывал мне А.П. Генов, главными «заказчиками» регуляционного сенокошения в Хомутовской степи в 1970–1980-х годах выступали соседние с заповедниками Новоазовский и Тельмановский райисполкомы, которые буквально дрались между собой за дармовое заповедное сено. Именно они, а не «деградация» заповедной степи и были главной причиной покосов.

В.Б. Степаницкий и Г.А. Мазманянц предали огласке любопытные цифры, характеризующие «экономический эффект» ряда регуляционных и биотехнических мероприятий в некоторых российских заповедниках. Так, в 1995 г. доходы от реализации древесины составили в Волжско-Камском заповеднике — 6,4 млн. руб., Воронежском — 34,5 млн. руб., Тебердинском — 70 млн. руб., Хоперском — 31,4 млн. руб., Центрально-Лесном — 39,9 млн. руб. В этом же году доходы от реализации сена составили в Центрально-Черноземном заповеднике — 102,1 млн. руб., Кавказском заповеднике — 7,7 млн.руб., Астраханском заповеднике — 2,5 млн. руб. «В Воронежском заповеднике от реализации продукции, полученной в ходе мероприятий по регулированию численности копытных, в 1995 году выручено 14 млн. руб.».

Следует особо подчеркнуть, что пагубная практика проведения регуляционных мероприятий в заповедниках уже привела к тому, что получение прибыли от них стало планироваться.