Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Точно так очень часто случаются ошибки и в научных рекомендациях по проведению регуляционных мероприятий в заповедниках. Пример тому — борьба с «вредными» хищниками, покосы в целинной степи и т.д. Поэтому требования в обеих случаях схожи, так как вероятность ошибок велика — нужно ввести мораторий, или вообще отменить как смертную казнь, так и регуляционные мероприятия в заповедниках.

И современное правосудие, и современная наука, особенно заповедная, очень несовершенны. В результате судебных ошибок гибнут люди, а в заповедниках — животные и растения.

Многие зарубежные экологи также критически относятся к регуляционным мероприятиям. Как считает Р.М. Пайл, для поддержания надлежащего режима нужны значительные средства (а этого у заповедников нет), а необходимая информация при общей слабости заповедной науки доступна лишь в редких случаях. А без необходимых средств и нужной информации о регуляционных мероприятиях не может быть и речи. Поэтому современное так называемое «управление природой» в заповедниках, по выражению П.Р. Эрлиха подобно ремонту машины с помощью кувалды. Идея регуляционных мероприятий зиждется на простом, линейном подходе к «управлению», а еще нередко на невежестве, зазнайстве и отсутствии уважения к дикой природе. Также хотелось бы заметить, что средства и материалы потраченные на "улучшение" дикой природы лучше было бы потратить на исследования в медицине.

«Принцип полной заповедности, — пишет российский эколог Г.А. Дыренков, — или жесткой консервации территорий никогда не ставил рамок для «неполной заповедности», заказа или других форм охраны природы. Его соблюдение связано с достижением определенных целей и точно адресовано. Жаль, что диалектическое понимание этого принципа недоступно, кажется, некоторым современным экологам. Они предлагают отступать шаг за шагом от краеугольных идей заповедного дела, регулировать отношения в природных экосистемах («ради их сохранения») на основе сегодняшних далеко не полных знаний, «исправлять» одно нарушение другим. Но человек не может брать на себя роль творца спонтанных природных систем, сохранять которые необходимо».

Следует отметить, что российский главк заповедников и национальных парков, которым до последнего времени руководил В.Б. Степаницкий, сделал немало полезного в ограничении проведения в заповедниках и национальных парках регуляционных мероприятий. Была прекращена борьба с волками в заповедниках, прекращены регуляционные отстрелы копытных в европейских заповедниках, снижены объемы рубок леса в заповедниках (в том числе Воронежском, Хоперском, Тебердинском, Кавказском).

Рубки леса

Одним из серьезных вопросов менеджмента заповедного дела является вопрос — нужно ли восстанавливать в заповедниках уникальные и типичные комплексы? Так, уже довольно устаревший «Справочник по заповедному делу», изданный в Киеве в 1988 г., под заповедным режимом понимает «комплекс научно обоснованных мероприятий», направленных не только на сохранение, но и на «восстановление уникальных и типичных заповедных природно-территориальных комплексов, их компонентов, а также отдельных природных объектов». С такой трактовкой нельзя согласиться не только с точки зрения экологии, но и с точки зрения экологической этики.

Даже если природный комплекс попал в заповедник уже довольно измененным человеком, и в этом случае «природа поправляет себя». Н.Ф. Реймерс и Ф.Р. Штильмарк считают, что в данном случае «заповедание может осуществляться как восстановительный акт, своеобразная «реанимация» природной системы». Приведем несколько примеров вредности и бесперспективности работ по «восстановлению» природных лесных комплексов в заповедниках.

Во многих заповедниках (Воронежский, Крымский, Хоперский и др.) под видом «восстановления коренных типов лесов» активно проводились лесохозяйственные мероприятия. Доводы к проведению таких мероприятий были различными. Однако их экологический итог оказался не то что нулевым, а даже отрицательным.

«Эффекта же восстановления коренных типов в Воронежском заповеднике достигнуто не было», — заключает А.М. Краснитский. В Хоперском, где решили вырубить сухостой ради предотвращения дальнейшего усыхания насаждений добились противоположного: как установила С.В. Никитина, проведенные рубки только способствовали усилению интенсивности усыхания леса.

В Крымском заповеднике при помощи рубок хотели восстановить коренные буковые леса, что также закончилось ничем, хотя еще в начале 20 века академик В.Н. Сукачев и его супруга Г.И. Поплавская предупреждали: «…без всякого вмешательства человека буковый лес и впредь будет устойчивый и сам сохранит свой вид и строй, как он сохранил его многие века».

Критикуя различных «заповедных лесоводов», проповедующих «восстановление коренных типов лесов», Н.Ф. Реймерс, с присущим ему чувством юмора, писал: «Бытует наивная уверенность, что природу, мол, нужно торопить, чтобы она «одичала», существуют даже какие-то «специальные рубки», которые якобы помогают лесу стать коренным, «девственным». Вырубают осину и верят, что на ее месте скорехонько вырастет дуб. Как это напоминает желание у подростков повзрослеть! Это для иностранцев наш русский как иностранный: учебник,  а для нас коренных жителей  лес дом и не нужно торопить его развитие.

В природе, как и у человека, всему свое время. Действительно, существуют методы ускорения в выращивании промышленных лесов. Но ход развития природного леса, смена пород в нем требует времени. Если лес не прошел предыдущей фазы развития, последующая не наступит. Никогда не вылупится из гусеницы бабочка: она выйдет только из куколки. А попытки вырастить коренной лес, минуя промежуточные этапы развития лесного сообщества, подобны рассуждению: «Вот оторву гусенице голову — скорее бабочка вылупится».

Нельзя не согласиться с настоятельными требованиями Ф.Р. Штильмарка запретить любые виды рубок в заповедниках, ибо, как писал выдающийся российский лесовод академик В.Н. Сукачев, «любая система рубок вносит те или иные изменения в лесном биогеоценозе».